Лагерь смерти «Собибор» был создан немцами для массового уничтожения евреев весной 1942 года. За полтора года здесь было задушено газами более 250 000 человек, доставленных сюда из многих стран Европы.

5 июля 1943 года Гиммлер приказал превратить Собибор в концентрационный лагерь, который будет принимать трофейное советское вооружение, а заключённые – заниматься его переоснащением. В связи с этим в северной части лагеря (зона №4) началось новое строительство.

Бригада, в которую было включено 40 заключённых (наполовину – польские, наполовину – голландские евреи), прозванная «лесной командой», приступила к заготовке древесины, которая требовалась для строительства. Работа велась в лесу, в нескольких километрах от Собибора. В охрану было отряжено семь украинцев и двое эсэсовцев.

Однажды двое заключенных из этой бригады (Шломо Подхлебник и Иосеф Курц, оба – польские евреи) под конвоем охранника-украинца были посланы за водой в ближайшую деревню. По пути эти двое убили своего конвоира, забрали его оружие и бежали. Как только это обнаружилось, работа «лесной команды» была немедленно приостановлена и заключённые возвращены в лагерь. Но по пути внезапно, по условному сигналу, польские евреи из «лесной команды» бросились бежать.

Десятеро из них были схвачены, несколько застрелены, однако восьмерым удалось скрыться. Голландские евреи, состоявшие в «лесной команде», решили не участвовать в попытке побега, поскольку, не владея польским языком и не зная местности, им было бы крайне трудно найти убежище. Те десятеро, что были пойманы, и вместе с ними один капо, были доставлены в лагерь и там расстреляны на глазах у всех заключённых.

Организация подполья и подготовка восстания. Со второй половины июля в лагере начала действовать подпольная группа, во главе которой встал Леон Фельдгендлер, сын раввина одного из польских местечек. Окончательно группа сформировалась к середине августа 1943 года.

Она состояла в основном из руководителей бригад, работавших в местных мастерских – швейной, сапожной, столярной и других. Группа обсудила несколько вариантов массового побега из лагеря. Одним из серьёзных препятствий было отсутствие вожака, обладавшего способностями руководителя и военными знаниями и в чьих силах было бы подготовить сложный план побега.

Наконец Фельдгендлеру удалось найти подходящего человека. Это был еврей из Голландии по имени Йосеф Джейкобс, в прошлом морской офицер, который был депортирован в Собибор 21 мая 1943 г. Он взялся за организацию восстания вместе со своими земляками и при содействии уже существующей подпольной группы.

Был разработан план, по которому повстанцы проникнут в оружейный склад в то время, когда эсэсовцы обедают, и, овладев оружием, прорвутся через главные ворота лагеря и убегут в леса. Но по предательскому доносу одного из украинцев Джейкобс был арестован.

Однако ни избиения, ни пытки не сломили Джейкобса, и он упорно утверждал, что план побега составлен им лично, и никто другой к нему не причастен. Несмотря на это, были казнены, в качестве карательной меры, сам Джейкобс и ещё 72 голландских еврея.

Несмотря на провалы всех планов организации побегов и суровые коллективные наказания, подпольная группа и во главе её Фельдгендлер продолжала неустанно искать нового кандидата для руководства восстанием и побегом. И такой человек был, в конце концов, найден.

Еврей Александр Аронович Печерский был лейтенантом Советской армии. Попав в окружение и захваченный в плен, он много месяцев тяжело болел тифом, чудом избежал расстрела, бежал из плена, но был пойман. Перед отправкой в Собибор он содержался в подвале СС в Минске.

При ликвидации минского гетто эта партия военнопленных вместе с другими 2000 евреями была отправлена в Собибор. Это произошло 23 сентября 1943 года.

Подавляющее большинство евреев было сразу отправлено в газовые камеры, и лишь 80 человек, в основном те, у которых были ходовые профессии, были оставлены в лагере для использования на строительстве 4-й зоны – вместо той группы голландских евреев, что была истреблена. Печерский объявил себя плотником, хотя до войны руководил художественной самодеятельностью в одном из клубов Ростова-на-Дону.

Прибытие советских военнопленных евреев как монолитной группы, обладающей боевым опытом, повысило моральный дух узников Собибора. Связь между Печёрским, выделявшимся в своей группе, и Фельдгендлером установил Шломо Лейтман, польский еврей, столяр по профессии, находившийся вместе с советскими военнопленными в лагере СС в Минске и вместе с ними переведённый в Собибор.

Личность Печерского произвела сильное впечатление на Фельдгендлера, и уже при первой встрече, 29 сентября, последний предложил Печерскому организовать массовый побег из лагеря. При последующих их встречах была организована группа, во главе которой стоял Печерский, а его помощником стал Фельдгендлер. В руководстве подпольем было ещё четверо из группы Фельдгендлера и трое минчан.

Совместная деятельность двух групп, одна из которых хорошо знала местные условия и особенности, а другая обладала военными знаниями и опытом, позволила выработать план побега всех 600 узников лагеря, включая 150 женщин, содержавшихся в 1-й зоне.

Сущность его заключалась в том, чтобы под разными предлогами заманить по одиночке эсэсовскую верхушку лагеря – полтора десятка палачей – в мастерские и склады Собибора, там их уничтожить, овладеть их оружием, прервать телефонную связь и организованно вырваться из лагеря в окружающие леса. Небывалый по дерзости, он требовал скрупулёзной подготовки, максимальной конспирации и учёта всех деталей.

Двое из лагерных капо (надзирателей из числа заключённых) – Пузичка и Чепик догадались, что ведётся подготовка к побегу и в центре её – советские военнопленные. Они обратились к Печерскому с просьбой принять их в подпольную группу.

И действительно, с помощью Пузички двое организаторов подполья, Печерский и Лейтман, 8 октября были переведены в столярную мастерскую, расположение которой позволяло им лучше осуществлять контроль над подготовкой к восстанию.

Времени у узников было в обрез. Как возможный срок восстания был выбран день 13 октября. По сведениям, которыми располагали заключённые, несколько эсэсовцев, и среди них двое самых опасных – Вагнер и Гомерский – должны были уехать в этот день в отпуск в Германию. 12 октября, в 9 часов вечера в столярной мастерской состоялось ещё одно совещание руководителей подполья. В совещании участвовало десять человек, среди них – капо Пузичка. Время начала восстания было назначено исходя из того, что уничтожить эсэсовцев по одиночке можно только в рабочие часы, причём желательно накануне наступления темноты, дабы облегчить побег. 

В план восстания было посвящено около сорока заключённых, включая советских военнопленных.

13 октября, в день, на который было назначено восстание, в лагерь неожиданно приехала немецкая инспекционная комиссия, и поэтому руководители восстания решили его отложить. Вечером состоялось дополнительное совещание, на котором постановили совершить восстание на следующий день. Подпольщикам было роздано тайно изготовленное холодное оружие: ножи, топоры, отточенные лопаты и т.п.

Восстание – 14 октября 1943 года. До того часа, когда началось восстание, жизнь в лагере проходила как обычно. Кроме членов подполья никто не знал о том, что должно случиться в этот день.

Первый этап восстания прошёл почти так, как планировалось: за полчаса, между 16 час. И 16 час. 30 мин. было уничтожено одиннадцать эсэсовцев, которых заранее пригласили в мастерские, и среди них – начальник лагеря унтерштурмфюрер Иоганн Ниман, то есть все эсэсовцы, которые находились в тот день в лагере, кроме обершарфюрера Карла Францеля, не явившегося в мастерскую. Действиями в 1-й зоне руководил Печерский, а во 2-й зоне – Фельдгендлер. В 16 час. 45 мин. капо Пузичка и Чепик приказали всем заключённым строиться. Теперь уже многие почувствовали, что готовится нечто необычное, но не могли понять, что именно. Как было предусмотрено заранее, в первых рядах колонны встали советские военнопленные и члены подполья, некоторые из них – с припрятанным оружием. И вот тут всё пошло не по плану. 

На территорию 2-й зоны внезапно въехал и остановился возле эсэсовского штаба грузовик. Водитель грузовика, обершарфюрер Эрик Бауэр обнаружил убитого эсэсовца и тут же заметил заключённого, выбегающего из помещения штаба. Бауэр, не раздумывая, стал стрелять ему вслед. Одновременно, неподалеку от плаца, на котором стояли колонной заключённые, появился командир охранников-украинцев, немец Поволжья, и стал орудовать плетью. Повстанцы напали на него и зарубили топорами. Возникла паника. Охранники-украинцы на вышках, сообразившие, что происходит что-то неладное, открыли огонь по колонне. Ввиду этого Печерский решил не дожидаться, пока соберутся все заключённые, как это предусматривалось планом, а сразу перейти ко второму этапу. С криками «Вперёд! Ура!» повстанцы бросились к воротам и проволочному ограждению.

С этой минуты руководители восстания потеряли контроль над событиями. Часть повстанцев прорвалась через лагерные ворота и бежала в юго-западном направлении, в сторону рощи. Другая группа пробила проход в ограждении к северу от ворот. Те, что бежали первыми, подорвались на минах. Появились убитые и раненые, и своими телами они проложили дорогу через минное поле тем, кто бежал следом.  

Бегство в леса и облавы. Сообщение о восстании евреев, узников лагеря смерти Собибор, прибывшее в Хелем и Люблин с опозданием из-за вывода из строя телефонной линии, вызвало переполох в немецких штабах.

В сообщении говорилось, что в Собиборе вспыхнуло восстание, во время которого заключённые евреем убили почти всех эсэсовцев и захватили склад с оружием, вследствие чего над всеми охранниками, ещё находящимися в лагере, нависла угроза. Кроме того, согласно сообщению, 300 заключённых бежало в направлении реки Буг, и существует опасность, что они примкнут к партизанам.

По тревоге в ту же ночь были подняты и посланы в преследование бежавших крупные силы, включающие кавалерийскую роту жандармерии, роту солдат, а также подразделения жандармерии и СС из Влодавы и Люблина и 150 украинцев из Собибора. Всего в преследовании участвовало около 600 военнослужащих. Сам поиск начался на рассвете следующего дня.

С воздуха поиск вели несколько разведывательных самолётов, пытавшихся обнаружить бежавших в лесах и на полях. Интенсивное прочёсывание местности, проводимое под командованием штурмфюрера Вильбранда, продолжалось свыше недели, после чего поисками занимались только конные жандармы. Важнейшей целью преследования было предупредить присоединение бежавших к партизанам по другую сторону Буга и, тем самым, – распространение сведений о массовых уничтожениях в Собиборе.

Бежавшие разделились на несколько групп. Группа, во главе которой был Печерский, насчитывала несколько десятков человек, и в её распоряжении была винтовка и четыре пистолета. Ночью к ней присоединилась ещё одна группа, и вместе они насчитывали примерно 75 человек.  

Однако, несмотря на относительный успех восстания, большинству бежавших не удалось дожить до победы над Германией. Некоторые были схвачены и убиты позднее; другие погибли в рядах партизан. Через три дня после восстания, 20 октября 1943 года, в концлагерь Собибор были депортированы для уничтожения последние оставшиеся в лагере Треблинка евреи, после чего Собибор был ликвидирован, все его постройки разобраны, а на его вспаханной территории посажены деревья.

Александр Печерский, Лион Фельдгендлер и их товарищи вписали новую славную страницу в историю сопротивления в годы Второй мировой войны.

Восемь страшных фактов о нацистском лагере "Собибор":

1. Поначалу поляки думали, что немцы строят им мармеладную фабрику.

По крайней мере, так обещали нацисты, учинив в 1941 году масштабное строительство в лесу на территории железнодорожной станции Собибор, недалеко от польского города Влдова. Каждый день на «фабрику» приходили эшелоны с людьми, которые думали, что будут теперь работать на мармеладном заводе. Многие, по прибытии даже аплодировали. Чтобы не вызывать подозрения у прибывших, нацисты разбили на переднем плане лагеря красивые клумбы с цветами.

2. «Чтобы жители окрестных поселков не слышали воплей убиваемых, выпускали гусей». На самом деле из Собибора немцы увозили в Германию не мармелад, а ящики пепла, мешки женских волос, вагоны одежды и обуви и… бочки человеческого жира. Как следует из «Справки о зверствах немецко-фашистских захватчиках», составленной политотделом 8 гвардейской армии и хранящейся в архиве министерства обороны РФ, «Всех прибывших подвергали ложному медицинскому осмотру, якобы с целью отбора слабых для легких работ. Первую партию отобранных отправляли в баню купаться...все заходили в купальное помещение, которое затем наполнялось газом. Для того чтобы заглушить крики, в лагере были заведены гуси, которые в момент удушения выпускались...»

3. В Собиборе работали устройства для сбора жира. По воспоминаниям узников лагеря, жителей Варшавы Бера Фрайберга, Зельмы Вайнберг и Хаима Поврозника, впервые опубликованных в прессе в 1944 году, лагерь состоял из трех частей. В первом — располагались ремесленные мастерские, в которых заключенные шили обувь, платья, делали мебель. Во втором лагере находились склады. Работники этого лагеря сортировали одежду, драгоценности и волосы узников, приготовленных на убой. (Как отмечал Печерский в своих воспоминаниях, больше всего фашисты ценили детские волосы. Они шли на изготовление подушечек на седло). В третьем лагере стояла так называемая «баня», куда отводили большую часть людей. Тела убитых из "бани" сжигались, но нацисты соорудили специальное приспособление, предварительно собирающее жир из убитых узников.

4. Побег начался с "кровавой примерки". 14 октября 1943 в четыре часа дня заключенные устроили для немцев примерку новых мундиров и обуви. В процессе «примерки» заключенные убили своих надзирателей. Дерзкий побег так унизил фашистов, что они скоропалительно уничтожили лагерь и замели следы. Даже высадили елки на территории, где располагались фабрики смерти. Однако копнув молодую поросль наши красноармейцы нашли кости, обожженные тела и даже детские игрушки.

5. Впервые о лагере смерти «Собибор» написала газета «Комсомольская правда». Это произошло в сентябре 1944 года. Тогда журналисты еще не знали, под чьим командованием был совершен подвиг. «Фамилии его никто из нас не знает, звали его Сашко, родом он из Ростова», — вспоминали бывшие узники. Статью в «Комсомолке» со словами «это о вас» принесла Печерскому сотрудница госпиталя, где он лечился после ранения. 31 января 1945 года «Комсомолка» опубликовала письмо Печерского «Сашко — это я».

6. Бежать из Собибора считалось невозможным. Ограда. Колючая проволока высотой в три метра. Минное поле шириной 15 метров, глубокий ров… «Несколько месяцев члены особой команды по сжиганию трупов делали подкоп. Но гитлеровцы обнаружили тоннель и обершарфюрер Нейманлично расстрелял всю команду", — писала "Комсомолка". Почему же побег удался именно Печерскому? По воспоминаниям друзей нашего героя, уже во время первой встречи, он сказал слова, которые перевернули сознание людей. Многие не предпринимали ничего, до последнего надеясь, что их спасут. Печерский сумел заставить людей принять решение. Когда солагерники задали ему вопрос: «У нас столько партизан, почему они не нападут на лагерь?» Сашко ответил просто и страшно: «За нас работать никто не будет».

7. После обнародования правды о «Собиборе» появились «лже-собиборовцы». Александр Печерский и журналисты «Комсомолки» вели активные поиски узников лагеря. Однажды по Всесоюзному радио передали: в Новосибирске найден еще один узник, Борис Цибульский. Он работает учителем физкультуры и выступает перед горожанами с воспоминаниями о собиборовском лагере. Новость и поразила, и обрадовала руководителя побега Сашко. Ведь о Цибульском ходили печальные слухи. Переходя реку после побега, Борис простудился и заболел. Товарищи несли его на руках и оставили в хуторе у крестьян, где он и умер. Но, раз Цибульский нашелся — значит, слух ложный? Обрадованный Сашко тут же написал товарищу письмо, предложил приехать. Однако тот от встречи отказался. Завязалась переписка, в которой «узник собибора» проявлял удивительную избирательность памяти. В конце концов самозванец выдал себя. «Ты не тот Борис, за которого себя выдаешь», — написал ему Сашко. Вскоре пришло покаянное письмо: «Я не тот, я виноват. Не выдавай. Спаси меня».

Печерский не стал выдавать лжеца. Но через восемь лет о ситуации узнала журналист Нина Александрова. Ужасно, что этой малодушной ложью лже-Цибульский стал виновником ее смерти. 18 мая 1972 года самолет, на котором Александрова летела к лже-Цибульскому разбился.

8. В 1987 году был снят англо-югославский художественный фильм "Побег из Собибора", в котором в роли Печерского снялся Рутгер Хауэр. 




Историческо-эксклюзивный материал подготовил специально для информационного портала "WorldRussia.com" ведущий аналитик и эксперт Самонкин Юрий Сергеевич. Москва, 7 сентября 2018 года. 





Сообщения из Facebook



Коментарии