Если мы поведем наш рассказ, с осени 1917 года, то, наверное, трудно было бы себе представить для России более худшего сценария развития. А если же начнем разговор с эпохи столыпинских реформ и до Первой мировой войны, то тут вполне можно было бы выстроить сценарии более благополучного для страны развития событий. Но тем или менее мы получили то, что получили. Крушение Российской империи, разделение общества на красных и белых! Кто-то выступал за созыв учредительного собрания и возвращения к традиционным устоям формирования и развития государства Российского с 1613 года, а кто-то за новую мораль, «Землю Крестьянам, а Фабрики рабочим», но под красным знаменем, которое в будущем стало символом героизма советского народа и ностальгией в наши дни, когда Евразийское пространство полыхает от западной интервенции НАТО, видя своё будущее в освобождение и возрождении нового союза, но уже на принципах новой экономической действительности, в рамках ЕАЭС. Но тогда более 100 лет назад наши предки не знали, ни про военную специальную Россию по защите Донбасса, ни про гидру нацизма, которая будет взращена на Украинской Земле, ни про сносы памятников Ленина по всему постсоветскому пространству и лихие 90 годы, которые мы получили в результате распада единой страны хаос и разрушение красной империи, но тогда шла иная война и на иных идеологических принципах, последствия которой до сих пор не могут до конца понять историки и эксперты, отсутствует даже смысл на принятия акта исторического примирения.
Вопрос даже не в том, что все в стране было плохо. Гражданскую войну никто не объявляет: страна просто в нее вползает. Да, изначально, с осени 1917 года по конец весны — начало лета 1918 года, гражданская война в России была очаговой или, как еще ее именуют, эшелонной. Но в громадной стране, в условиях, когда миллионы ее граждан, что называется, находятся под ружьем, когда это уже люди с фрустрирующим и тяжелым опытом Первой мировой войны, Россия неизбежно вкатывалась в состояние настоящей гражданской войны.
Большевикам картина виделась всегда глобальной ( Красной Армии) : с возвращения Ленина в Россию в апреле 1917 года, они взяли курс на революцию, понимая, что начинается уже мировая революция. И вплоть до НЭПа большевики жили в парадигме мировой революции. И мировая революция действительно начиналась, если мы вспомним то, что сейчас называем европейским революционным кризисом 1917—1918 годов: рухнули империи (Австро-Венгерская, Германская, Российская, Турецкая), в Венгрии образована республика, в Германии разворачивалась гражданская война, социалистические республики провозглашаются в Баварии и Словакии, бурлил Восток. Большевикам верилось, что красный флаг вскоре будет реять над всем европейским континентом. И в таком масштабе вопрос о том, будет ли в России гражданская война, большевики попросту не ставили — разговор шел только о вселенском масштабе совершающихся событий. В последствии красное знамя прочно вошло в нашу историю и мы прекрасно помним как он развивалось над Рейхстагом, это знамя победы сопровождало нас везде, от первого полёта человека в космос и заканчивая мощным техническим рывком, к принципам построения общества социальной справедливости на Земле и это из своей истории мы вычеркнуть не имеем право, а уж тем более забыть, как и забыть подвиг героического советского народа в Великой Отечественной войне. Не можем и не имеем на это право, 27 миллионов человеческих жизней унесла та страшная война! Да что тут говорить, все технологии которыми богата нынешняя Российская Федерация, достались нам из советского опыта прошлого и вычеркнуть этот период из нашей истории не возможно, и клинически глупо.
Теперь давайте обратимся к историческим противникам Красных. Вооруженную борьбу белых или со стороны белой гвардии поднял, во-первых, конечно же, факт захвата власти большевиками октябре 1917 года — многие офицеры их воспринимали как силу пораженческую, выступавшую ранее за поражение России в войне, воспринимали как людей, бравших деньги у Германии. (Ленин немецкий шпион, очевидно, но невероятно). Во-вторых, для многих людей, вставших в ряды белых позднее, тяжелым событием стал разгон большевиками Учредительного собрания — они считали, что это решение достойно отпора. И в-третьих, для многих представителей военных кругов важным фактором, настроившим их поднять оружие против большевиков, был Брестский мир, заключенный большевиками с Германией — мир, по их мнению, ужасный, сепаратный. Мир, который даже в страшном сне не мог присниться русскому офицеру — с потерей миллиона квадратных километров, с демаркационной линией под Курском и чуть ли не под Воронежем. Формально белое движение все-таки стало неким романтическим движением — все лидеры белого движения разновременно признают Александра Колчака Верховным правителем России, с его политическим центром в Омске. Человек с неограниченными полномочиями, а именно Диктатор Сибири, в чьих руках сосредоточена была неограниченная власть.
А если говорить об оперативном взаимодействии войск белых, то его почти не было, потому что белые все-таки выступили с импровизациями: они шли с окраин страны, а у большевиков бонусами к захвату власти оказались центральные районы, которые были и густонаселенными, и развитыми в промышленном плане, районами с развитой железнодорожной сетью, стало быть, хорошими возможностями действовать по внутренним операционным линиям, как говорят военные. И кроме того, вся штабная и военная инфраструктура страны оказалась у красных — Ставка и так далее. Но главная причина, почему страны Антанты активным образом помогали белому движению (деньгами и оружием прежде всего) заключается в том, что в Российской империи у стран Антанты была собственность, в частности западные страны в значительной мере владели нефтью, которая добывалась в Российской империи. Стоит сказать, что в целом участие иностранного капитала в экономике Российской империи было огромным. Это не только добыча природных ресурсов, но и, например, банки. Поэтому страны Антанты (и не только они) были заинтересованы в том, чтобы иностранная собственность оставалась «священной», независимо от формы правления. Так же за счёт ослабления России, получить её природные богатства и территории, не такая же была дурная перспектива, как сейчас принято говорить у наших Европейских и Западных «Партнёров».
Когда большевики только пришли к власти, лидеры западных стран полагали, что они не удержат власть более недели, потом нескольких месяцев, потом и года. Но затем становилось очевидно, что это не так. Поэтому приходилось прямо участвовать в гражданской войне, поддерживать белое движение в материальном плане. А белое движение, в свою очередь, гарантировало западным странам, что вернет всю собственность и выплатит все долги. Большинство в Советской России понимало, что если белые победят, то собственность вернут помещикам и иностранным игрокам, социальные завоевания будут сразу же обнулены, поэтому население активным образом противостояло белому движению, которое опиралось на материальную поддержку стран Антанты. И в итоге большевики сумели удержать власть. Но западные страны долгое время не признавали «красных» на государственном уровне, то есть считалось, что территория СССР — это место, которое принадлежит некой банде заговорщиков, это не воспринималось как государство. До поры, до времени!
Количество жертв, павших в ходе той войны, не было и никогда не будет установлено официально историей. Существующие оценки демографических потерь доходят до 25 млн человек. В этой братоубийственной войне не было победителей и мы с вами обязаны это помнить и учитывать, что подобного рода разделения на идеологические и политические лагеря для современной России губительны и опасны. Положить конец бесконечным спорам вокруг Белых и Красных, поможет только принятия акта исторического примирения, на законодательном и общегражданском уровне ответственности! А пока историю, мы изучаем её и боремся с фальсификацией активно. Вывод делать только вам, наши уважаемые читатели!!!
Заместитель главного редактора Юрий Самонкин специально для WorldRussia.com.
Россия, Москва, 4 мая 2022 года. Данный материал публикуется на дискуссионной основе.
