Британцам показалось «не комильфо» отпускать мятежников просто так. Они не стали впадать в горький пессимизм, и решили провести против них военную кампанию. После ретирады из Бостона, войска с женщинами и детьми отправились в канадский (Слава Богу, и Королю!) Галифакс. Там они оставили больных, раненых и непригодных к службе мужчин, женщин с детьми, получили подкрепления и провели переформирование войск. После чего решили навестить отступников и бывших «побратимов». Бостон был не особо интересен, посему атаковали Нью-Йорк. Колонисты понимали важность этого города, и после эвакуации англичан из Бостона начали переброску Континентальной армии поближе к перспективному ТВД (театру военных действий). Дело шло вяло, в Нью-Йорке фактически повсеместно царили беспорядок, хаос и безвластие, а в рядах колонистов было огромное количество британских шпионов. Короля даже мэр города умудрился поддержать; вскрылся заговор и в ближайшем окружении самого Вашингтона. В общем и целом, как при любом мятеже либо революции, в пестрой среде колонистов было непредсказуемо, каждый мог предать друг друга. Воевать особо никто не рвался, поэтому в стройные ряды заманивали, посулив хорошие деньги, обеспечение одеждой, качественными одеялами (веский аргумент), веселыми и длительными отпусками, а главное – призывом всего на 1 годик (365 дней до приказа).
Двадцать девятого июня 1776 года к Нью-Йорку подошла эскадра в 45 вымпелов, и это было лишь начало — всего британцы пригнали до 130 кораблей и судов. Второго июля правительственные войска высадились на Статен-Айленде. «Регулярные части» мятежников струсили и сбежали, а местное ополчение вдруг передумало бороться за независимость от старой Родины – Британии, и решительно встало под королевский стяг. Со слезами восторга на глазах. Вашингтон же коварно ответил противнику тем, что собрал оставшиеся войска на городском общинном поле и зачитал им свеженькую Декларацию Независимости. Много кричали «Гип-гип, урра!». После чего восставшие храбро снесли ближайший памятник своему монарху и переплавили его на пули. Их до сих пор, лет уж как 250, продают в качестве сувениров. Видимо, памятник был покрупнее Колосса Родосского. Дальше начались бесплодные переговоры. Обе стороны занимались непонятно чем, можно сказать мерялись «особенностями» … шпаг и намеренно затягивали процесс переговоров, изобретая формальные поводы.
Далее, британцам эти безнадёжные переговоры надоели. Двадцать второго августа 1776 года генерал Уильям Хоу заявил: «у нас тут вообще война, или что?», после чего с ограниченным количеством войск из британских бойцов и гессенских наёмников (всего до 25.000 штыков) высадился с кораблей на острове Лонг-Айленд в заливе Грейвсенд. Ему противостоял местный генерал Израэль Патнэм с примерно 15.000 собранных из всяких бандитов и проходимцев воителей, засевших на Бруклинских высотах. Великий стратег Вашингтон считал, что противник полезет на его позиции прямо в лоб. Видимо, сам стратег так бы и поступил.
Но 26 августа 1776 года красные мундиры почему-то начали странный обход противника слева, по Ямайскому проходу, выйдя в тыл и Джона Салливана (тоже ирландца), и Израэля Патнема. О проходе Вашингтон просто… забыл, и его защищало 5 (пять) живых милиционеров. Они, естественно, оборону «фермопил» не сдюжили, и быстро заняв Бруклинские высоты, бритты уже утром 27 августа строем вошли в Бетфорд. Подчиненные Вашингтона в принципе даже и не думали производить регулярную разведку, и дело кончилось очень плохо. Левый фланг американцев в беспорядке бежал, лишь только дело приблизилось к штыковому бою. В это же время злобные германские мизантропы генерала Гейстрера проломили центр колонистов, и произошло массовое паническое бегство. Американцы спрятались в укрепленном лагере генерала Салливана (порядка 15.000 штыков) у деревеньки Бруклин.
Генерал Джеймс Грант намеревался атаковать его своими частями. И вот тут-то Командующий Хоу совершил чудовищную ошибку — вместо того, чтобы добить деморализованного противника, 28 августа англичане просто занялись… укреплением лагеря. Мол, день и так чудесный. Благодаря этому неадекватному просчёту, за две ночи 28 и 29 августа 9.000 американцев смогли бросить позиции и переправиться на подручных средствах в Нью-Йорк. Так происходило героическое «сражение» за Лонг-Айленд, стоившее англичанам 64 убитых, 293 раненых и 31 пропавших без вести. А американцам — в примерно 300 убитых, 800 раненых и 1.079 пленных. Британцы по-хозяйски обосновались на острове и просидели на нем 6 лет, пока их оттуда не попросили… галантные французы.
Тридцатого августа американцы ушли за Ист-Ривер. В письме Конгрессу Вашингтон признался «в недостатке опыта для действий крупными контингентами войск» и в «своих ограниченных знаниях по военным вопросам». Что не мешало ему при любой проблеме ссылаться «на недостаточную подготовку войск», никогда не признаваясь в собственных перманентных просчетах. Нужно также упомянуть, что генералы Гейтс, Арнольд и Морган имели точно такого же качества войска, но как-то выкручивались, герой скромно умалчивал.
Продолжение следует….
Автор Кирилл Перемет
Редакция СИ «World Russia», главный редактор Захаров Дмитрий и Светлана Пересичанская
