Армия в 35.000 штыков и сабель под командованием генерала Ирвина Макдауэлла радостно вторглась в штат Вирджиния, и пошла на вожделенный Ричмонд. 21 июля 1861 года у городка Манассас, на речке Булл Ран их встретило 33.000-ное ополчение дикси (южан, – амер. сленг) под водительством генерала Пьера-Гюстава Борегара. Реально в сражении участвовало примерно по 18.000 человек с каждой стороны. Южане невозмутимо закрепились на холме у южного берега реки. По утренней зорьке пёстрое северное воинство атаковало вражеские позиции на холме Мэтьюз.
Защищавшие родные места южане сперва подумали, что на них двигаются войска всех стран Европы, но яростно сопротивлялись, отбив 4 атаки. Правда, к полудню им во фланг ударила бригада полковника Уильяма Шермана (человека и танка), и конфедераты были вынуждены оставить позицию. Пока северяне радовались первой победе, южа нехладнокровно отошли к следующему холму Генри, и просто засели на его вершине. К тому же к ним подоспели подкрепления в виде бригады генерала Томаса Джексона. Макдауэлл вновь послал войска в атаку. 5 раз янки накатывались на холм, и 5 раз защищающиеся отбрасывали агрессора яростным штыковым ударом. За стойкость в сражении генерал Джексон получил почётное прозвище «Каменная стена» («Stonewall»). К двум часам дня Борегар понял, что запал противника иссяк, и бросил своих бойцов в контратаку. Удар пехоты поддержала на левом фланге конница генерала Джеймса Стюарта. Разгром получился полным, воинство федератов бросилось врассыпную, бросая оружие, что вошло в Историю США как «Великий побег». Преследующая противника конница южан просто завязла в толпах пленных. И тут дикси совершили непростительную ошибку — одержав полную победу, они не стали преследовать убегающего врага, и не вторглись на его территорию, чтобы парадным маршем войти в Вашингтон и познакомить Линкольна с ближайшим так любимым им деревом, прекратив Гражданскую войну раз и навсегда.
Генералы посчитали трёпку, заданную янки, достаточной, ведь потери по тем временам оказались просто ужасающими. Они составили 481 человек убитыми, 1.011 ранеными и 1.216 пленными и пропавшими без вести у северян (плюс 28 орудий и 5.000 ружей, доставшихся противнику). И 387 убитыми, 1.582 ранеными и 13 пропавшими без вести у южан. Так что, конфедераты расслабленно отправились праздновать окончание войны. Северяне — зализывать раны и собирать новое необученное воинство для продолжения смертоубийства…
Но дела у дилетантов шли туго — далее 10 августа 1861 года они потерпели поражение у Уилсонс-Крик, затем 21 октября потерпели унизительное поражение при Бэллс-Блафф (соотношение потерь 1.002 к 155), где погиб личный друг Линкольна и действующий сенатор США полковник Бейкер. Пришлось Конгрессу 09 декабря 1861 года создавать Объединенный Комитет по Ведению Войны. Помогло не очень, к примеру, 11-15 декабря 1862 года при Фредериксберге Потомакская армия генерала Эмброуза Бернсайда вновь с треском проиграла сражение. Имея 114.000 боевых северных юнитов против 72.500 южан у генерала Роберта Ли, Бернсайд просто и свободно волнами гонял свои дивизии на укрепленные позиции противника у высот Мари. Потеряв в процессе от 12.653 до 20.000 человек. Генерал Ли при этом лишился всего 608 бойцов убитыми и 4.116 ранеными. На данном ратном подвиге генерал Бернсайт не успокоился, и 20-23 января 1863 года провел новое крупное наступление, названное восторженными современниками «Грязевой марш». Его войска получили приказ дойти до реки Раппаханок, переправиться по двум понтонным мостам и атаковать противника. Но, добравшись до переправ северяне поняли, что армия уверенно завязла по всей дороге от лагеря до реки в непроходимой грязи. Пришлось титаническим усилиями тащить дивизии обратно. После чего командование у героя отобрали, от греха подальше.
В общем и целом, первую пару лет конфедераты били и разбивали оппонентов «с ноги на ногу» как хотели. Их вела вперед непоколебимая вера, что Господь на их стороне. Однако выяснилось, что храбрость, верность и презрение к смерти может разбиться об индустриальное могущество противника. У южан, кроме упрямства, для настоящей войны не хватало вообще всего и сразу. И всегда. Плечо доставки военных материалов из Европы оказалось слишком длинным и ненадёжным. Уже к концу 1861 года дикси имели серьезные проблемы с формой.
Оригинальный цвет обмундирования «серые спинки» (прозвище южан) выбрали не из-за лучших камуфляжных качеств или красоты. Отнюдь. Тут сошлось несколько факторов. Во-первых, с 1812 года принято было одевать в серое подразделения «независимых штатов», а в синее войска, числившиеся на балансе «национального правительства». Во-вторых, несмотря на блокаду, из Англии поставлялось стандартное для британской армии «темное серо-голубое» (dark blue gray) сукно. В-третьих, просто имелась возможность серьезно сэкономить на красителях-закрепителях и купить на эти деньги оружие.
Началось, правда, все очень красиво. Поначалу обе противоборствующие стороны вынужденно позволили своим войскам одеваться за свой (либо государственный) счет, и строго на собственный причудливый вкус. Зачастую, карнавальный. Каждый полк на общем собрании наиболее творческих личностей придумывал себе феерическую форму, и в складчину заказывал её портным. Не имеющие денег, либо немодные жлобы бродили в гражданском платье. Добровольцы извращались как могли, поэтому воинства зачастую напоминали банды ландскнехтов времен тридцатилетней войны, либо богатый фестиваль реконструкторов.
Особой популярностью пользовалась форма шотландских горцев (береты, килты, кошели на талии, мужские ноги и волынки) и… зуавов (широкие шаровары попугайских тонов, расшитые позументом куртки, широкие пояса и фески с кисточками)! Так, в частности, выглядел полк «Нью-Йоркских зуавов» и «Нью-Йоркская пехотная бригада Эксельсиор» (имелись и такие «реконструкторы»). Давшая им название туземная алжирская (племя зуавов) пехота Франции вообще была в середине XIX века в большом почете. Данные ребята считались у французов ударными частями, и даже штурмовали Малахов курган в Крымской войне. По Брокгаузу и Эфрону,
«Репутация этих отрядов стала привлекать в их среду все больше охотников из французов, так что… маршал Бюжо выделил арабов в отдельные полки тюркосов, а в зуавах остались французы».
Эти спецназовцы-коммандос XIX века носили шаровары, короткие куртки и фески, как на известном портрете Ван Гога. Знаменитый марш «Варшавянка» изначально создавался Влодзимежем Вольским как «Марш зуавов смерти», ударных частей польских повстанцев 1863 года — «Марш, марш, зуавы на бой, на кровавый, святой и правый…».
Автор Кирилл Перемет
Редакция СИ «World Russia», главный редактор Захаров Дмитрий и Светлана Пересичанская
