Практика последних десятилетий показывает то, что Глобализацию невозможно остановить, как и развитие Цифровых технологий, но контролировать и заставить работать на благо вполне возможно. Когда мы говорим о таких серьёзных объединениях, как ШОС, БРИКС, ЕАЭС, АСЕАН, то перед участниками стоит вполне логический вопрос. А на каких принципах и идеях собственно надо объединяться, какое будет будущее? Ведь в каждой стране есть своя уникальная культура, традиция и менталитет, своё законодательство.
Можем ли мы выделить среди таких идей планетарного масштаба этот элемент, который бы скреплял всех, может ли он претендовать на статус объединяющей концепции при строительстве современного многополярного мира? Вопрос достаточно сложный и даже самый опытный аналитик, ни даст на него чёткого ответа.
При всех глобальных процессах и недочётах, я думаю, можно хотя бы попытаться выделить две такие глобальные идеи, которые находятся в постоянной схватке друг с другом, имея при этом исторические корни. Первая, это идея Атлантизма, в основе которой заложен принцип однополярной гегемонии США и её полный контроль над глобальными мировыми масштабами и подчинения других институтов власти в лице Евросоюза и НАТО, путём экономической и военной экспансии, окончательно уничтожая и растворяя суверенитет, некий неоколонизм, где присутствует принцип, разделяй и властвуй, слабого подтолкни, лозунг рабовладельческого господства, одной части глобальной элиты над всем миром. Отсутствия гуманизма, прав человека и полное уничтожение суверенитета других государств, разграбление целых континентов экономических и политических, путём продвижения интересов НАТО на восток.
В России эта идея имеет под собой воспоминания о 90-х годах и принципах агрессивного Либерализма, одним из ключевых элементов разрушения устоев и принципов традиционного общества, последствий от которых наша страна только сейчас оправляется, выходя на суверенный путь внешней политики. И вторая идея — это Евразийский вектор, или как его ещё называют Русский Мир, патриотическо-консервативная идея. В центре которого находится человек, его стремление к справедливости, уважению принципов и приоритетов суверенитета во внутренней и внешней политике. Мечта о построении общества социальной справедливости и многополярного мироустройства. К такому идеалу стремился когда-то Советский Союз, концепция построения общества социальной справедливости рухнула под натиском либеральной экспансии и принципов рыночной экономики.
Лишь спустя 30 лет мы стали заниматься процессами формирования суверенитета на государственном и общественно-политическом уровне, подходим к такому понятию, как государственная идеология, которая у нас отсутствовала на протяжении всех этих 30 лет по Конституции. Вместе с тем, начатая нашей страной внятная и долговременная политика по созданию Единого экономического пространства и Евразийского Экономического Союза вызывает в мире, в первую очередь на Западе, далеко не однозначную реакцию. Это связано с тем, что большинство стран Западной Европы и США за последние двадцать лет привыкли видеть в России по меткому выражению Збигнева Бжезинского «скорее пациента, чем партнёра».
Вместо одного из политических полюсов мира Запад хотел бы по-прежнему видеть в России только территорию, кладовую ресурсов. В этих условиях заявление России о создании совместно с Белоруссией и Казахстаном ядра будущего Евразийского Союза становится толчком к новому витку борьбы за «душу Земли», за так называемый Hеartland. Поэтому, при проработке различных аспектов создания и развития ЕАЭС необходимо помнить следующее. Несмотря на все успехи международной дипломатии по сохранению мира, снижение угрозы развязывания крупномасштабной ядерной войны со стороны США и «перезагрузку» отношений между Америкой и Россией, в начале XXI в., как и во все предыдущие века, в основе политики обеспечения национальной безопасности практически всех государств и союзов лежит опора на военную силу и потенциал вооружённых сил.
В реальной политике по-прежнему актуален «принцип Аль Капоне», согласно которому «с помощью доброго слова и револьвера можно добиться гораздо большего, чем с помощью одного только доброго слова». В частности, в национальной военной стратегии даже такого наиболее экономически развитого и «демократичного» государства как США, американское руководство, тем не менее, рассматривает свои вооружённые силы в качестве самого важного, а зачастую и основного средства обеспечения национальных интересов страны. Яркий тому пример, активное распространение якобы «демократических ценностей» на Восток посредством авианосцев, и навязывание народам Востока своих культурных ценностей «на кончике штыка».
Украина, новое и важное пространство на евразийской шахматной доске, является геополитическим центром, потому что само ее существование как независимого государства помогает трансформировать Россию. Без Украины Россия перестает быть евразийской империей. Без Украины Россия все еще может бороться за имперский статус, но тогда она стала бы в основном азиатским имперским государством и скорее всего была бы втянута в изнуряющие конфликты с поднимающей голову Средней Азией, которая, произойди такое, была бы обижена в связи с утратой недавней независимости и получила бы поддержку со стороны дружественных ей исламских государств Юга.
Однако если Москва вернет себе контроль над Украиной с ее многомиллионным населением и крупными ресурсами, а также выходом к Черному морю, то Россия автоматически вновь получит средства превратиться в мощное имперское государство, раскинувшееся в Европе и в Азии. Потеря Украиной независимости имела бы незамедлительные последствия для Центральной Европы, трансформировав Польшу в геополитический центр на восточных рубежах объединенной Европы. Так же особое место здесь уделено созданию опасных настроений и деструктивных проектов на территории стран Центральной и средней Азии, чтобы никакие интеграционные проекты не развивались. Чем мы можем ответить?
Только своими силами и вежливой дипломатией. БРИКС например будет продолжать действовать вне зависимости от существующих разделительных линий в мировой геополитике, а короткая еще история этого блока показала значительный потенциал для сотрудничества. Различия же необходимо изучать с тем, чтобы понимать, как взаимодействовать с учетом неполного совпадения интересов, а также в наилучшей степени использовать существующие общие подходы. На сегодняшний день проблемой БРИКС остается «деятельность против». Хотя сущность БРИКС и не состоит в том, чтобы «дружить против» США или Запада в целом, но Запад не оставляет попыток затормозить развитие БРИКС.
Данная организация, можно сказать, встала на ноги, после саммита в городе Уфе в 2015 году, у БРИКС появились мощные финансовые институты. Создание «Банка развития БРИКС» сможет в дальнейшем быть противовесом МВФ, где в свою очередь США играет важную роль, что могло бы остановить Западное экономическое доминирование и запустить мощный процесс по формированию «многополярного мира», как раз за это в данный момент выступает России и все те страны, которые стремятся к суверенитету и активному участию, в таких интеграционных проектах, как ШОС, ЕАЭС, БРИКС. Будущее мира будет строиться исключительно на взаимном и равноправном уважении к интересам друг друга. В целом у таких объединений, огромное будущее и глобальные вызовы им не страшны.
А уж тем более вырабатывается коллективный иммунитет на проблематику распространения COVID-19 и экономические последствия от пандемии в 20 году. Идеология Атлантизма дают трещину, и в бой вступают новые глобальные игроки в виде Китая, Индии, Бразилии, ЮАР, Ирана например. В заключении своего эссе, хочется отметить в первую очередь, то, что сейчас на повестке дня стоит задача нового цивилизационного устройства России и Евразийской интеграции в целом. Исторический выбор, на мой взгляд, очевиден. Либо модернизация евразийского пространства проходит по единому плану и тогда наступит реальная конкуренция, либо всем по одиночке придётся в будущем выживать и приспосабливаться к реалиям неизбежной Глобализации. В этих условиях актуальным становится поиск новый моделей развития и проектов, направленных на цифровую экономику ЕАЭС. И в первую очередь работа с молодыми специалистами и кадрами, в рамках подготовки единого кадрового резерва для Евразийского экономического Союза.
Поэтому данная повестка вынудила нас отходить от вопросов поиска идеологии, к вопросам практической реализации цифровой экономики. Не стоит бояться глобализации и Развития Цифровых Технологий. Как показывает практика, все эти процессы можно контролировать и в ближайшие 10-15 лет за Россией и ЕАЭС закрепится статус цифровой сверхдержавы и мощного интеграционного проекта, который по своим показателям уже вышел на уровень конкуренции с Европейским Союзом и другими интеграционными проектами. А участие в таких объединениях, как БРИКС или ШОС, вполне ускорит этот темп.
Если в будущем мы будем брать пример с Китая, который поднялся за счет цифровой системы в целом, то, безусловно, у нас огромные перспективы развития. Проект цифровизации дает полное право и готовить специалистов, и помогать малому и среднему бизнесу, и создавать инновации, и выводить экономику на конкурентную способность. Глобализацию и развитие современных технологий не остановить, но попытаться их контролировать и заставить работать на благо государства мы можем, как раз при помощи подготовки отечественных специалистов. И в этом у нас есть огромный залог на будущий успех.
Зам гл. редактора Юрий Самонкин
