Интервью президента Владимира Путина американскому журналисту Карлсону Такеру вновь всколыхнуло интерес российского общества к родной истории. Понятно, что делая исторический экскурс, глава государства российского базировался на устоявшейся в официальной историографии «норманской теории», и он не мог в данной ситуации встать на альтернативную точку зрения. Однако такие утверждения существуют ещё с 19 века и даже ранее, отстаивая их Михайло Ломоносов просто физически лупил немецких учёных (за что и отсидел в тюрьме).
О немецком засилье в лингвистике, в этимологии мы недавно беседовали с журналистом, писателем, филологом-исследователем, Владиславом Писановым. Одно из направлений его работ – лингвистическая археология, когда с помощью языковых артефактов раскрывается история людей. Мы обратились к нему с вопросом, который взволновал многих: так кто же такой Рюрик? Что об этом думает археолингвистика?
World Russia: Владислав Леонидович, летописцы утверждают, что Рюрик пришёл на Русь не один, а со своими приближёнными, которые носят скандинавские имена. Не является ли это подтверждением «норманской теории» возникновения нашего государства?
Владислав Леонидович: Действительно, летописи дают варяжские имена: Рюрик, Синеус, Трувор, Якун, Африкан, Шимон, Фрианд, Ждьберн, Аскольд и Дир. Однако из того, что эти имена непривычны для слуха в качестве славянских, не следует, что они, например, скандинавские.
Осторожные историки стремятся продвинуть тезис об «интернациональном» составе «варяго-русских» дружин. Точнее будет – сообщества волоков. Позднее русское слово «волоки» под влиянием других языков получила более звонкий вид, стало произноситься как «варяги». Потом в эта профессия стала называться – бурлаки.
World Russia: Подождите: варяги – это профессия? Подтверждаются ли ваши филологические выводы историческими фактами?
Владислав Леонидович: Забегая исторически далеко вперёд, давайте изумимся той простоте решения исторических загадок, которые даёт археолингвистика.
Итак. Варяги – это не нация, не народность. Это – профессиональное сообщество. Первое профессиональное сообщество людей, оторвавшихся от обычных занятий (земледелие, скотоводство) и ремёсел. Варяги – это, повторюсь, озвончённое слово «волоки». Кстати, на наших просторах немало топонимов с этим названием «Волоки».
Судоходство было главным видом транспорта для дальних сообщений. Корабли таскали, волочили, из реки в реку, из моря в море, и т.д. Ясно, что со временем данным делом стали профессионально заниматься команды крепких мужчин — волоков. Они знали все рифы и мели на своих участках, у них были наготове все снасти, они грамотно делали эту трудную и ответственную работу. Понятно и то, что иной раз не брезговали волоки и грабежом, потому и лютого зверя, ворующего ягнят, называли волок, волк. Создавали они и охранные дружины, и ходили в походы как наёмники. Потому и закрепилось слово – враги, те же волоки, но в иной огласовке.
Повесть временных лет, можно сказать, современный письменный источник, даёт подробную лоцию: «бѣ путь из Варягъ въ Грѣкы, и изъ Грѣкъ по Днепру, и вѣрхъ Днѣпра волокъ до Ловоти, и по Ловоти в нити в Илмерь озеро великое, из негоже озера потечеть Волховъ и втечеть въ озеро великое Нево, и того озера внидет устье в море Варяское. И по тому морю можно плыть до Рима, а от Рима можно приплыть по тому же морю к Царьграду, а от Царьграда можно приплыть в Понт море, в которое впадает Днепр река». На этом пути волочь приходилось много: два больших перехода из водоёма в водоём, да ещё внутри водоёмов – до судоходных мест. За Ильмень-озером даже деревня есть – Волок. Трудная работа. Образно говоря, путь «из варяг в греки» – это путь «из волоков в калеки». Надо думать, и колело народу немало.
Царьград, как известно – Константинополь. Это одна точка. Другая — в городе Волин, в вотчине славян-венетов. Ещё — в Старгарде (Старгороде)– столице славян-вагров. Ещё – в Щецине, городе славян-поморян.
Как позднее появилось сообщество казаков, объявивших себя в Запорожской сече отдельной нацией, так ранее по той же схеме создалось сообщество бурлаков, волоков. Понятно, что все они для удобства коммуникации делились на земляческие ватаги (русские, поляки, скандинавы и т.д.), но принципиально это было одно «национальное образование» с преобладанием славян, а среди славян — русских. Вот мы и нашли «варязи звухуся Русью». На этом фоне справедливо предположить, что основой интернационального слэнга волоков была славянская речь.
World Russia: Но давайте вернёмся к именам. Там ведь и Африкан есть. Неужто негры тоже основывали русскую государственность?
Владислав Леонидович: Давайте разбираться. Мы видим, что был варяжский князь Якун, упоминаемый в Повести временных лет как участник Лиственской битвы, а также в Сказании владимиро-суздальского епископа Симона о постройке Печерской церкви. В том же источнике фигурирует брат Якуна – варяжский князь Африкан и его сыновья, племянники Якуна, – Фрианд и Шимон. Ещё один известный варяг – Георгий Шимонович, сын Шимона Африкановича. Последний интересен тем, что он был… воспитателем Юрия Долгорукого. Как думаете, на каком языке общались учитель и ученик?
Есть мнение, что Якун – это как бы славянизированная форма кельтского имени Акун (часть русского существительного «ск-акун»). Для полноты картины добавим, что скандинавские лингвисты дают пра-форму Hákon. Но шведский учёный Ассар Янсен установил, что имя Hákon попало в Норвегию из соседней Англии. На территории же кельтской Галлии оно известно ещё с античных времен. Так, Юлий Цезарь в своих «Записках о галльской войне» (сер. I до н. э.) сообщает о предводителе кельтского племени сенонов Акконе, казненном за участие в антиримском заговоре. И таких догадок можно сделать (и сделано) массу.
Однако столь же справедливо можно предположить, что человек, часто употреблявший местоимение «Я», мог быть прозван именно так – Якун (яколо). Вполне по-русски. До сих пор в России есть фамилии Якунин, Якин, Якушев и подобные. А в Скандинавских странах таковых нет.
Христианское имя Симон в скандинавских языках произносилось с чистым «с». Шимон – имя христианского происхождения, что согласуется с рассказом епископа Симона о христианском вероисповедании варяга Шимона и его отца Африкана. Из христианской традиции почерпнуто и само имя Африкан. Шимон (Симон) – еврейское имя (со значением «богом услышанный»), которое носил целый ряд библейских персонажей. С начальным «ш» это имя произносилось в древнееврейском, ирландском, литовском, а также польском и венгерском языках. Скандинавское влияние в этой фонетической замене исключено: германские языки звука «ш» первоначально вообще не знали, а «ж» не знают до сих пор.
Африкан – римское имя-прозвище (значение «африканский»). В православной традиции это имя носило трое святых и мучеников, из которых самый известный – Африкан Петрийский (сер. III в.), воин-христианин, пострадавший вместе со своими товарищами в гонение императора Деция.
Известны Африкан Фабий Максим – консул Римской империи 10 г. до н. э.; Марк Пупиен Африкан – римский государственный деятель начала III в. н. э.; Секст Юлий Африкан – раннехристианский писатель начала III в. н. э., один из первых христианских историков. Справедливо предположить, что вряд ли в дохристианскую эпоху эти имена были расхожими в дружине Рюрика. Летописцы-христиане просто дописали позднее.
Интересно, что на север от реки Руса (нижнее течение Немана), недалеко от Поневежа есть селение Шиманцы, а к югу от Поневежа – села Аскильды и Якунцы, имена, знакомые русской летописи.
А из каких краёв Фрианд? Возможно, это английский Friend, прибившийся к волокам? Во французском имеется точное лингвистическое соответствие имени Фрианд («лакомка»). И на севере Португалии есть два района с названием Фрианде (Friande), входящие в округи Брага и Порту. Округ Брага ни о чём не говорит? А если мы вспомним, что звук «Ф» в ранней устной традиции был «П», то увидим слово, созвучное русскому «пряжить», «пряник».
Имя Трувор возводят к старофранцузскому trouveur: «поэт, трубадур». Но и это не факт. Славянские корни тут тоже легко просматриваются.
Синеус для русского понимания в расшифровке не требуется. Человек с «синими» (радикально чёрными) усами именно так и назывался. «Синяя борода» никого не удивляет. Возможно, он и был русским (шучу, русским жён душить не свойственно). Только варяжский интернационал сможет объяснить такую географию имён.
Имя Ждьберна известно из житийной литературы о князе Владимире, где есть рассказ о решающей роли этого варяга во взятии Корсуня (крымский Херсонес) и его сватовстве к византийской принцессе Анне. Имя Ждьберн в одном и том же списке могло писаться по-разному: Жберн, Жьберн, Ижберн, Ждьберн, Ждеберн. Мнения историков относительно происхождения этого имени разошлись – в зависимости от того, к какой этнической группе они причисляли варягов.
Интересно мнение, что имя Ждьберн принадлежит к балтийским языкам и может быть интерпретировано как «zizberns»—«сосунок», «молокосос» (от литовского ziz–«сосать» и berns–«мальчик», «парень»). Автор этой версии В.Ф. Одяков под варягами понимает «прусских воинов», навербованных новгородским князем Владимиром.
World Russia: Пришедшие непосредственно с Рюриком Аскольд и Дир, тоже являют собой многолетнее противостояние учёных мужей. Их даже считают его братьями?
Владислав Леонидович: Знаете, они нам неинтересны. Ведь в Лаврентьевской летописи четко сказано, что они не были родственниками Рюрика: «И бяста у него 2 мужа, не племени его, ни боярина». Варягами, независимо от Рюрика пришедшими в Киев, они становятся лишь в Новгородской Первой летописи младшего извода XV в. Но, скорее всего, это случайные люди. Возможно, они были самостоятельными предводителями варяжских дружин.
Норманисты в качестве германского источника для Рюрика приводят готское имя Родерикс. Близко ему и Родригес. Такая вот номинационная коррида!
В древнеирландском отыскали слово ruiri («большой король»). Всегда можно найти в общемировой массе слов что-то похожее. Тем более, когда очень не хочется признавать, что одно из названий птицы «сокол» у славян и было – рюрик.
Согласитесь, поверить в то, что новорожденного ребёнка назвали «соколом», а не «большой король» гораздо натуральнее и проще. Кстати, протолингвистика, убирая озвончение, даёт «расшифровку» — ЛУ-ЛИК (узкий лик, остролицый), что характерно и для птиц, и для людей. Интересно и то, что одно из наименований древних славян – «склавины». Включите русское полногласие и появятся «соколовины», соколятники.
Разномастные имена мифического Рюрика с братьями наводят на мысль, что авторы-сочинители варяжской версии возникновения древнерусской государственности были сами варягами. Позднее, в XVII в. по их пути пошли шведы, которые стали авторами новой шведской (норманской) теории возникновения древнерусской государственности. Им приходится доказывать «превращения», проявляя чудеса лингвистической изобретательности.
World Russia: Где же тогда обитали эти казаки — волоки-варяги? Где было их царство?
Владислав Леонидович: Волынская летопись, упоминая о Лукерье, жене польского князя Премышлява (Пшемысла II), убитого в 1296 г., уточняет, что она «бе рода князей сербских, с Кашуб, от помория варязского от Старагограда за Кгданском».
Прибалтику в качестве места жительства варягов указывает сообщение Начальной летописи о пути из Руси «по Двине в варягы, из варяг и до Рима».
Учитывая, что образованные от варяжских имен топонимы присутствуют в Юго-Восточной Прибалтике, на территории Литвы и Пруссии, откуда и позднейшая летописная традиция выводила варягов, именно там и следует искать местообитание этой этнической группы, изначально сотканной из людей множества племён и народов.
World Russia: Кого же пригласили на княжение из земель варяжских? Был ли Рюрик своего рода гастарбайтером?
Владислав Леонидович: Концепция о тождестве варягов и руси зафиксирована в поздних вариантах Повести временных лет, известных по летописям XV в.: Ипатьевской, Радзивиловской, Новгородской первой младшего извода. Другие известные тексты, содержащие «варяжскую легенду» (в составе русской переделки краткого Летописца патриарха Никифора), отделяют русь от варягов, называя её среди племен, приглашавших варяжских князей. Эта первая по времени версия варяжской легенды дошла до нас в составе церковных памятников конца XIII–XIV вв.: двух Кормчих книг и Толкования Никиты Ираклейского на Слова Григория Богослова. Во всех трех самых ранних дошедших до нас памятниках с варяжской легендой строго выдержана одна и та же версия событий. В Новгородском и Варсонофьевском списках Летописца сказано: «придоша Русь, Чюдь, Словене, Кривичик Варягомъ, реша: земля наша велика и обильна, а порядка в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». В другом варианте Летописца (в составе Толкований на Слова Григория Богослова) имеется сходная запись: «придоша к Варягам Русь, Чюдь, Словене, Кривичи и рекоша им…».
В Киевской же летописи не было варяжских князей – только русские, и ничего не говорилось о «Варяжской» земле – только о Русской. Но в Лаврентьевской летописи (она составлялась под руководством суздальского епископа Дионисия) варягов именуют русью: «придоша к варягом, руси», «ибо называли они себя варягами».
В Троицкой (1408 г.) и Ипатьевской (ок. 1425 г.) летописях: «придоша к варягам, руси, сице бо звахуся тьи варязи русь» («пришли к варягам, руси, ибо звались те варяги русь»). В Радзивиловской летописи (конец XVв.): «идоша за море к варягомъ руси, сице бо тии звахуся варязи русь… Реша руси чюдь, и словени, и кривичи, и вси…». Здесь слово русь поставлено не в именительном, а в дательном падеже, так что обращалась уже не русь, а обращались к руси.
В основных летописных сводах XVI в. – Воскресенской и Никоновской летописях – русь из числа приглашавших варягов племен исчезает, а сам текст варяжской легенды приобретает отчетливо проновгородский характер. В Воскресенской летописи к варягам в Прусскую землю посылают новгородцы по совету своего старейшины Гостомысла. В числе приглашавших племен остаются чудь, словене и кривичи: «Реша Чюдь, Словене, Кривичи Варягомъ…». В Никоновской летописи на первом плане оказываются новгородские славяне: «приидоша словени рекше новгородци, и меря, и кривичи варягом реша: земля наша велика и обильна». Фразы о том, что приглашенные «варязи звухуся Русью», сохраняются.
Ещё один интересный факт: в Начальной летописи нет варягов. В трех русско-византийских договорах, помещенных в Повесть временных лет: Олега (912), Игоря (945) и Святослава (971) – речь идёт лишь о русских послах, русских князьях, русских гостях, ладьях, челядинах и так далее. Ни в одном договоре нет ничего варяжского – ни князя, ни посла, ни купца. Вот такая запутанная история.
World Russia: Тогда справедливо задать вопрос: куда делись варяги? Исчезли?
Владислав Леонидович: Нет, конечно. Их снесла семантическая волна, когда звук «М» выходил из «В». На этом пути сообщество людей, объединённых профессиональным признаком перетаскивания судов, называвшееся «волоки», позднее, при расширении их функций, перешло в «варяги», а до наших дней дошли «моряки». Моряки – это и есть потерянные варяги.
Чтобы закрыть вопрос скандинавов, констатируем два факта: отсутствие на территории Восточной Европы скандинавской топонимики (при наличии славянской, кельтской, балтской, финской, иранской, тюркской). И появление имени «руси» в источниках южного происхождения (арабских и византийских) на два столетия раньше варягов. Ясно, что русские как нация сформировались гораздо раньше профессионального сообщества волоков. То, что варяги фактически были русскими людьми, знали историки дореволюционной России. Иначе, не назвали бы они флагман российского флота именем «Варяг». Именами врагов корабли не называют.
Главный редактор: Захаров Дмитрий
