Несмотря на геополитические потрясения последних четырех месяцев и разрыв логистических цепочек по всему миру торговые связи внутри Евразийского региона остаются крепкими. Статистика показывает, что с начала года товарооборот стран Центральной Азии с Россией вырос в среднем на 14%, но темпы развития экономик в ЦА замедляются.
Торговля по-соседски
Торговая статистика, как барометр стабильности отношений, показывает, что за месяцы специальной военной операции России по защиты жителей Донбасса от Киевской Хунты, товарооборот стран Центральной Азии с РФ продолжал расти. Так, по данным экспертов ЕАБР, озвученных ими в начале июня на Международном форуме народной дипломатии в Москве, общий рост взаимной торговли стран ЦА и России за январь-апрель варьировался в коридоре 13-14%. В сравнении с показателями 2021 года, основанными на низкой базе пандемии (плюс 31%), можно говорить о замедлении динамики ВЭД. При анализе данных разных государств становится ясно, что указанные средние цифры могут значительно различаться по парам «Россия-страна ЦА». Рассмотрим их подробнее.
Казахстан
Из пятерки государств Центральноазиатского региона самый большой торговый оборот с Россией имеет Казахстан. За январь-апрель этого года он превысил $7,2 млрд. Это всего на 6% больше, чем за первые четыре месяца 2021 года. Казахстан, собственно, в этой динамике принимал довольно пассивное участие. Экспорт из РК в Российскую Федерацию подрос всего на $58 млн (менее чем на 3%), а вот импорт российской продукции в Казахстан увеличился почти на $400 млн — с $4,7 млрд до $5,1 млрд (на 9%). Эти данные опубликованы в сравнительных таблицах по внешней торговле Бюро национальной статистики РК.
Торговые взаимоотношения Казахстана с Украиной в этом году шли по ожидаемому вектору – Нур-Султан нарастил поставки товаров на территорию Незалежной (на 29%). В обратном направлении торговые потоки уменьшились на 27%. Тем не менее общий показатель товарооборота все равно вышел в плюс (на 3%). За четыре месяца страны обменялись товарами и услугами на общую сумму $252 млн.
Примечательно, что за время, пока на территории Украины идет война, во внешнеэкономической торговой деятельности Казахстана произошло некое перераспределение долей между странами-партнерами. Несмотря на рост взаимной торговли, Россия потеряла свои позиции. Если в 2021 году удельный вес РФ в общем товарообороте Казахстана со всеми странами мира составлял 24,1%, то теперь этот показатель упал на шесть процентных пунктов. Их перераспределили между собой Европа (плюс 2,3%), Турция (плюс 1,3%) и страны Америки (плюс 1,3%).
Узбекистан
В Республике Узбекистан динамика взаимной торговли с Россией была более стремительной. За первые три месяца этого года показатели ВЭД между странами «добавили» 43,8%, товарооборот составил $1,87 млрд. Рос как экспорт из РуЗ (на 36%), так и российский импорт (плюс 47%). Такие данные приводит Государственный комитет РУ по статистике.
В целом, роль северного соседа во внешней торговле Узбекистана не изменилась. Россия по-прежнему занимает второе место в списке ведущих торговых партнеров страны после Китая. Узбекистан поставляет в РФ фрукты и овощи ($40 млн за январь-март 2022 года), текстиль и одежду ($252,4 млн), у россиян в свою очередь она покупает машины и транспортное оборудование ($168 млн), промышленные товары ($143 млн) и т.д.
С Украиной торговые связи Ташкента из-за геополитического кризиса не прервались. Оборот между странами, хоть и относительно небольшой в денежном выражении ($140 млн), в этом году показал положительную динамику (плюс 7%). Рост произошел за счет увеличения импорта украинских товаров.
Кыргызстан
На экспортные направления из Кыргызстана в Россию украинский фактор фактически не оказал влияния. Как и в начале прошлого года, КР реализовал своему партнеру по ЕАЭС товаров на $124 млн. В целом, в январе-апреле этого года Национальный статистический комитет КР зафиксировал рост товарооборота Бишкека с Москвой на 14%, с $675 млн до $770 млн. Но это произошло только за счет наращивания импортных поставок из РФ.
Если посмотреть структуру российского импорта в Кыргызстане, то стоит выделить наибольший стоимостный вес, который составляют товары топливно-энергетического сектора (нефть и ее продукты), автомобили и различная техника, продовольствие. Как и в прошлом году, Кыргызстан остается в сильной зависимости от российских поставок. Доля России составляет 26% от общих импортных поступлений в КР.
А вот со второй стороной конфликта – Украиной – торговые отношения Кыргызстана в этом году изменились не в лучшую сторону. Логистические связи по многим контрактам были разорваны и без того небольшой товарооборот сократился на 40%, составив всего $11,3 млн. Притом, почти 93% от этой суммы в январе-апрель 2022 года составлял импорт из Незалежной ($10,5 млн). Поставки из Кыргызстана сократились более чем на 80%.
Таджикистан
Получить актуальную информацию о внешнеэкономической позиции Таджикистана напрямую от Агентства по статистике при президенте РТ редакции не удалось. Последние отчеты о ВЭД страны на портале ведомства опубликованы за 2017 год.
Оценка взаимного товарооборота Таджикистана и России стала достоянием общественности благодаря встрече начальника управления внешнеэкономического сотрудничества Минэкономики и торговли РТ Дилшода Шарифи с представителем правительства Санкт-Петербурга Арби Абубакаровым в мае этого года. По данным агентства ТАСС со ссылкой на ведомство в Таджикистане, товарооборот между странами в стоимостном объеме в январе-апреле этого года вырос на 49% и достиг $476 млн. Для Таджикистана Россия была и остается торговым партнером №1.
Туркменистан
Торговые связи Туркмении с Россией в сложный период 2022 года тоже укрепились. Российские СМИ со ссылкой на заявления Владимира Путина сообщают о росте товарооборота между странами на 45,2%. За первый квартал этого года объем экспортно-импортных операций составил $117,1 млн. Наибольшая доля в этом показателе — за российским импортом (72% или $124 млн), именно он продемонстрировал такой значительный рост.
Источник сообщает, что Россия чаще всего импортирует в Туркмению продукцию высокого передела – оборудование, транспорт, товары химической промышленности. Ашхабад в свою очередь предлагает российскому рынку продовольствие, текстиль и обувь.
И стагнация, и стагфляция
Хорошая динамика товарооборота стран Центральной Азии не коррелирует с общими показателями развития экономик государств ЦА. Сильные внешние шоки привели к тому, что экономический рост Казахстана, Узбекистана, Кыргызстана, Таджикистана, Туркменистана весной этого года замедлился. Об этом в своем макроэкономическом ОБЗОРЕ говорят эксперты Дирекции по аналитической работе Евразийского банка развития (ЕАБР).
Предварительные оценки за первый квартал показали, что во многих странах Евразийского региона наблюдался рост реального ВВП. Например, в Казахстане показатель валового внутреннего продукта увеличился на 4,4%, в Кыргызстане – на 4,5%, в Таджикистане – на 7,5%. При этом, с марта аналитики финансового института фиксируют замедление темпов. Это происходит из-за перебоев в работе российских промышленных предприятий, трудностей при осуществлении экспортных поставок, разрыва логистических цепочек.
По базовому сценарию экономического развития, разработанному аналитиками ЕАБР на 2022 год, к декабрю рост ВВП в Казахстане составит всего 2,5%, в Кыргызстане – 1,1%, Таджикистане – 4,2%. Инфляция будет рекордной за последние годы (в РК – до 13,2%, в КР – до 15,3%, в Таджикистане – до 11,5%).
«Вторичные эффекты от санкций в отношении России окажут влияние на замедление экономического роста в Казахстане. Основные каналы — торговля и инвестиции. Можно ожидать замедления темпов выпуска в добывающей и обрабатывающей промышленности. Повышается вероятность ослабления инвестиционной деятельности. Ожидается сокращение потребительской активности на фоне снижения реальных денежных доходов», — говорится в отчетах аналитической службы ЕАБР.
Прогнозы в отношении Кыргызстана в ЕАБР еще менее оптимистичны. Экономика страны частично зависит от денежных переводов из России, и на фоне сниженной экономической активности этот канал в кризисный 2022 год «просядет». Негативными факторами также станут маловодье, что отразится на выпуске товаров в сельском хозяйстве и снижение производства драгметаллов.
Таджикистан на фоне своих соседей по ЦА, по прогнозам экспертов банка, будет более устойчив в турбулентный период. Отчасти это связано с высоким темпом роста ВВП в первые два месяца года (до 7,5%). Охлаждение до 4,2% наступит из-за снижения объема переводов из России, удорожания импорта, ослабления таджикистанского сомони.
Касательно котировок экономических отношений стран Центральной и Средней Азии с рынком ЕАЭС, где доминирует Россия, то свое отражение в первую очередь до сих пор демонстрируют факторы двухлетней давности, а именно пандемия коронавируса. И она по последствиям пострашнее ситуации на Украине. Что мы видим по факту в этом году? Повышение товарооборота России со странами ЕАЭС.
Экономически игра идет на опережение. Экономика не смотрит на политические обстоятельства, ей важен рынок. Поэтому Евразийский экономический союз для ЦА остается уникальной созидательной площадкой, когда страны, торгуя в нацвалютах, не зависят от экономики западной цивилизации. Союз имеет свою уникальную парадигму свободного движения рынка услуг, капитала, рабочей силы, товаров. Поэтому в данной ситуации экономика преобладает над политикой.
В этот кризисный период в условиях санкций Россия начинает выстраивать импортозамещение. Возможно, партнеры России по ЕАЭС тоже пойдут по этому пути, делая ставку на собственное отечественное производство, как это происходит, например, в Беларуси. В будущем мы можем увидеть такую же тенденцию со стороны стран Центральной и Средней Азии.
В ближайшее время Россия будет наращивать сотрудничество с теми точками планеты, с которыми исторически Советский союз не имел каких-то углубленных отношений. Сам ЕАЭС похож, возможно, на некую реставрацию Советского союза, и поэтому тоже может пойти по этому пути, выстраивая импортозамещение с другими странами мира (не западными – прим. автора). Поэтому к ЕАЭС сейчас многие государства очень внимательно присматриваются. А некоторые европейские страны даже заинтересованы во вхождении в некую кооперацию внутри ЕАЭС. Например, Венгрия. Это говорит о том, что внутри ЕС нет единства мнений и это тоже нужно учитывать.
Будущее развитие на площадках Евразийского союза и Центральной Азии будет исключительно за счет усиления торгово-экономических коопераций и создание зон свободной торговли с другими точками земного шара. Здесь Россия будет пытаться создать модель будущего глобального устойчивого развития на принципах суверенности, индивидуальной культуры каждого члена-участника, используя расчеты в нацвалютах. Таким образом, ЕАЭС показывает формирование многополярного мироустройства.
Крупные игроки ЕАЭС, такие как например Казахстан, экономически зависимы от европейского сообщества и не могут отказаться от него. Но это происходит оттого, что в стране превалирует сильная сырьевая экспортная составляющая, хромают вопросы импортозамещения, поставок важных соответствующих деталей, технологий, которые невозможно делать без каких-то европейских аналогов. Как показывает практика Украины, сидение на двух стульях приводит не только к разногласиям внутри элит, но и к раздроблению самого гражданского общества. Потому что появляются сторонники запада и независимого суверенного пути внутри ЕАЭС.
Что касается сдержанной позиции других центральноазиатских стран, которые стараются придерживаться нейтралитета, то, думаю, в ближайшее время они определятся. Сейчас они просто присматриваются, считают все плюсы-минусы, риски. Это такие теневые зрители. Когда идет глобальное противостояние, они думают, какой будет сильнейший победитель. Философия ЕАЭС — многополярное мироустройство. На мой взгляд, будущее за этой парадигмой и за проектом «Шелковый путь» Китая, который видится в ближайшей перспективе как глобальный доминирующий лидер. Евросоюз в этом отношении будет конкурировать с «азиатским драконом».
Более подробная информация описана в моей новой авторской книге «Россия- в Зеркале Евразии», тезисы и аналитика взяты от туда.
Зам гл. редактора Юрий Самонкин
