Наша редакция продолжает интервью с Екатериной Корнилковой, руководителем и основателем проекта, главным редактором портала «Бессмертный полк в Италии», основателем Ассоциации «Русское поле». Ранее, мы писали в другом интервью о том, как наша героиня пришла к поиску советских партизан и каких результатов она добилась на этом поприще. Сегодня мы узнаем историю Екатерины и ее помощников более детально.
World Russia: Продолжая наше интервью, хотел бы спросить у Вас, а был ли интерес к вашей деятельности наших соотечественников из других стран Европы?
Екатерина Корнилкова: Как я уже говорила, у нас очень узкая направленность в такой широкой теме, и мы широко известны в узких кругах. На самом деле, очень мало людей, которые серьезно этим занимаются. Это не судорожно что-то придумать, потому что 9 мая на носу, и вроде как положено и надо. Это работа, которая занимает очень много твоего свободного времени и финансов. Мало кто способен и готов посвящать этому свои выходные дни, читать жуткие сводки, погружаться в воспоминания участников, торчать в архиве, когда за окном такое тёплое манящее солнышко. С теми, кто готов это делать, мы знакомы, встречаемся на платформах конференций, организованных Российским Историческим обществом, правительством Рязанской области, можем и сами выбирать тему и организовывать телемосты.
Так, несколько раз проводили телемосты с поисковиками как Ближнего зарубежья, так и стран Европы – Бельгии, Франции, Польши и других.
Хочу упомянуть одного из таких самоотверженных коллег. Совсем недавно стало известно о его гибели – Ежи Тыц. Это большая потеря для нашего общества. Про таких людей могу сказать – «со стержнем». Гнёмся, но не ломаемся. Светлая память.
Я благодарна тем соотечественникам, кто не ленится и присылает информацию для уточнения. Будь-то фото могилки или памятной доски, старая газета или книга.
От соотечественников иногда приходят такие сообщения: «Приготовте «заметочку» про партизан на 2 минуточки – коротко». На что я советую взять любую книгу и просто скопировать вступление или предисловие. Потому что жизнь и подвиг 6-ти тысяч наших солдат и тысячу погибших упаковать в 2 минуточки я не смогу и не буду.
World Russia: Вы сказали, что идентифицировали 4000 наших партизан. Но возможно это не окончательная цифра. Вообще в Италии идут поисковые работы как в России?
Екатерина Корнилкова: Настоящей поисковой работой, как в России, насколько мне известно, занимался только Никола Гроза (Nicola Grosa). Он сам был партизаном 46-й гарибальдийской бригады и считал своим долгом перезахоронить всех партизан на мемориальном кладбище в Турине (Мемориал Сопротивления (Sacrario della Resistenza)). С лопатой в руках он ходил по горным тропам и своими руками эксгумировал останки павших товарищей. Благодаря его труду было перезахоронено более 2000 партизан, в том числе и советских. Сейчас поисковая работа – это исследование. Исследование в архивах и библиотеках, в старых газетах и журналах, мемуарах и семейных архивах. Надеюсь, что цифра не окончательная. В начале октября я собираюсь в командировку, в Тосканский Институт изучения сопротивления. Рассчитываю найти там новые имена, уточнить уже имеющуюся информацию. И очень хочу раздобыть документы, подтверждающие участие в движении сопротивления нескольких партизан по просьбе их семей.
World Russia: А что пишут родственники найденных солдат и партизан?
Екатерина Корнилкова: Это всегда очень трогательные сообщения, прежде всего — благодарят. Присылают истории, рассказы (как сложилась послевоенная жизнь ветерана), фото и документы. Иногда просят найти документы, удостоверяющие участие дедушки в итальянском сопротивлении. Обращаются за помощью найти захоронение. Берут за душу рассказы, которые пишут правнуки.
World Russia: Вы недавно передали документы на 22 партизан из Луганской Народной Республики и тем самым запустили дискуссию о памяти павших соотечественников за рубежом. Как думаете, это поможет поднять вопросы о перезахоронениях останков на их Родине?
Екатерина Корнилкова: Надеюсь, найдётся человек в ЛНР, который захочет более детально изучить биографию людей из этого списка. Как показала практика, в процессе разбора одной биографии можно найти очень много интересных фактов и деталей: с кем он вел переписку, посещал ли съезды партизан, удалось ли ему посетить места боев в Италии.
Перезахоронение некоторых наших партизан сегодня — неосуществимая задача, они захоронены в братских могилах. Многих погибших местные жители считают своими героями-освободителями и ни за что не дадут согласие на перемещение останков.
Известна история захоронения Даниила Авдеева, уроженца Костромской губернии. Он — Герой Италии, награждён Золотой медалью «За воинскую доблесть» (июль 1986 г.). После его гибели перед жителями встал вопрос: героя нужно похоронить со всеми почестями на центральном кладбище города, но оно же католическое. А так как Даниил Варфоломеевич был из СССР и, следовательно, коммунист, то на католическое нельзя. Долго совещались, в итоге решили похоронить его за стеной кладбища. Сейчас это отдельное захоронение за пределами кладбища с большой мемориальной доской, которая видна каждому входящему.
World Russia: Вы написали книгу, есть уникальные фотоархивы, может быть пора создать музей?
Екатерина Корнилкова: Фото и документы, которые не сделаны мной лично, я могу использовать только без извлечения коммерческой выгоды, права на эти документы принадлежат архивам и институтам. Чтобы создать музей – необходимо ответить на ряд вопросов: в какой стране его создавать? Кто будет его посещать? Кто будет финансировать его работу?
Пока ответов на эти вопросы у меня нет. Как бы эта идея не спровоцировала приступ национального «зуда» в некоторых бывших республиках Советского Союза. Они и так подвержены этому недугу, не хочу усугублять. Хотя, если честно, это так глупо. Как можно поделить героев – не знаю. Это ведь может быть Иван из Баку, Алим из Ленинграда, Тарас из Казани и Карим из Киева (надеюсь, Вы поняли посыл). Фамилия и имя, национальность и вероисповедание иногда не совпадают ни с местом рождения, ни с местом жительства.
Хочу подчеркнуть, что изначально не делала различий между уроженцами РСФСР и любыми другими республиками. Для меня они все — герои, которые сражались с общим врагом.
World Russia: Как в Италии вообще относятся ко Второй Мировой Войне и помогают ли простые итальянцы в Вашей деятельности?
Екатерина Корнилкова: Однозначно нельзя подвести черту в этом вопросе. Для себя я поделила их на три группы. Те, кто знает историю, чтит память погибших как своих, так и наших, знает какие основные и решающие битвы проходили, кто и на кого напал. Есть те, кто знает историю, но намеренно её искажает, обвиняет итальянских партизан в жестокости, казнях, воровстве и вандализме. Естественно, поддаются общеевропейской истерии и на волне популярности такого мнения отрицают решающую роль СССР в Победе над наци-фашизмом. Третья группа – обыватели, которым всё равно. Было и было, они и 25 апреля, день освобождения Италии, не отмечают.
Не могу сказать, что итальянцы помогают, но точно не мешают. Не раз в исследовательских поездках мне помогали как работники кладбищ, так и местные жители. Однажды мы искали могилу участника I Мировой войны, кавалера ордена св.Анны, полковника Императорской армии Евгения Дмитриевича Аракина, который закончил свой жизненный путь недалеко от города Портичи в сане священника. Нам помогали не только все, кто там был на тот момент, но и пришли из мэрии. Могилу мы всё-таки нашли, она в хорошем состоянии, время от времени посещаем.
Работники немецкого военного кладбища в Кассино тоже не отказали нам в помощи, предоставили все архивные документы касательно наших соотечественников, принесли огромные тома сборников, открыли картотеку.
Большинство мэрий, отделений ANPI (национальная ассоциация партизан Италии), ассоциаций, связанных с историей простых граждан, нам отвечают на письма и запросы информации. Плохо дело обстоит с Министерством обороны Италии — молчат.
World Russia: Кого бы Вы хотели выделить среди вашей команды? Кто больше всего помогает?
Екатерина Корнилкова: Таких людей немного, но они все «со стержнем». Мы можем не общаться месяцами, но я знаю, что они есть — делают свою работу. Могу отметить ассоциацию «Радуга» в Бари. Это самоотверженные люди: занимаются с детьми русским языком, ставят спектакли, обязательно готовят на 9 мая праздник, отдают должное внимание памятным датам – 23 февраля, 3 декабря и другим.
Один из учредителей этого проекта — итальянец, но русский по духу. Знаю, что всегда придёт на помощь.
World Russia: И последний вопрос. Какие три или четыре фильма о войне Вы предложили бы посмотреть нашей молодежи и взрослым? Что пожелаете нашим читателям?
Екатерина Корнилкова: Многие советские фильмы, которые я смотрела ранее, сейчас воспринимают совсем по-другому. Во-первых, мне стало понятно из воспоминаний членов советской миссии по репатриации, что никаких союзников у нас не было. Были выгодоприобретатели, но не союзники. Во-вторых, остро воспринимаю судьбы людей, ведь каждый погибший — это не единица для статистики, а чей-то сын, муж, отец, брат. Это потери для каждой семьи.
В определённый момент я поняла, что историй войны так много в моей жизни: описания казней наших партизан, рассказы о тех, кто сражался, письма пленных, дневник из блокадного Ленинграда (это был отдельный проект, оцифровка дневника, который хранится в семье Минскер, тут в Италии). Ещё и фильмов о войне я уже просто не выдержу, всё это — морально тяжело…
World Russia: Благодарим Вас за интересную беседу!
Интервью вел главный редактор Захаров Дмитрий
