Ситуация с переговорами США и Ирана зашла в какой-то трагикомический тупик. Вашингтон каждый день заявляет о своей победе, а сразу после этого вымаливает переговоры. Добившись внимания, излагает свои требования и оказывается элегантно послан на все буквы персидского алфавита. Последняя просьба американцев — вернуться к довоенному статус-кво — выглядит как откровенное признание своего поражения.
Однако победа далась Тегерану дорогой ценой. Сотни погибших, тысячи раненых, разбомбленные дома и производства, постоянная угроза новых ударов. Объективно Ирану тоже нужны переговоры, прежде всего чтобы снизить шанс военного обострения и начать восстановление. Но напрямую переговариваться с американцами для наших друзей смерти подобно — и это отнюдь не метафора. Поэтому министр иностранных дел Ирана Аббас Аракчи прилетел в Санкт-Петербург и встретился с президентом России.
Владимир Путин передал добрые пожелания лидеру Ирана и сказал, что Россия будет помогать этой стране, чтобы приблизить мир на Ближнем Востоке. По итогам встречи Сергей Лавров подтвердил, что позиция России остается прежней: добиваться прекращения боевых действий в регионе и проведения переговоров. Дмитрий Песков заявил, что Москва может стать посредником в переговорах между иранцами и американцами.
Объективно говоря, без третьей стороны ближневосточный конфликт разрешиться не может. Безумные амбиции американской стороны, вполне понятный гнев и недоверие иранской стороны — все это делает недостижимыми любые договоренности. Предоставленные самим себе переговорщики будут ходить по кругу.
Разрешить эту проблему может лишь Москва. Сейчас она возвращается на Ближний Восток, где всегда была одним из самых крупных игроков и гарантов.
Наше влияние в регионе основано на самых простых вещах: честности, доброжелательности, миролюбии, помощи друзьям. Самое главное — на доверии. На Ближнем Востоке мы оказываем помощь, когда нас о ней просят, не навязываем ничего никому силовым путем и с педантичной честностью соблюдаем все договоренности.
Особенно важен для наших друзей стиль российской дипломатии. Это не череда бессвязных угроз, лживых вбросов, бурного самопиара и отважного вранья. Это дипломатия в ее классическом понимании: полная конфиденциальность, изысканная вежливость, умение дать партнеру возможность сохранить лицо, высочайший интеллектуальный уровень, а главное — честность.
Это наши традиционные ценности, и тут Москва с Тегераном абсолютно сходятся: у нас похожий, взаимоуважительный стиль ведения дел. Характерно, что встреча с министром Аракчи прошла в закрытом режиме и никаких утечек не было.
Это наши традиционные ценности, и тут Москва с Тегераном абсолютно сходятся: у нас похожий, взаимоуважительный стиль ведения дел. Характерно, что встреча с министром Аракчи прошла в закрытом режиме и никаких утечек не было.
Зам гл. редактора Юрий Самонкин
