Обратимся к экономическому фактору. Альфа, омега и, скажем, лямбда процветания капиталистического катарсиса стара, как вся королевская семья Британии вместе: 1. Ресурсы для производства продукта. 2. Рынки для сбыта продукта с максимальной добавочной стоимостью. 3. Торговые пути для транспортировки. Не имея практически никаких источников сырья в метрополии, японцы могли опереться только на «внешние заимствования» и жесточайшую эксплуатацию собственного населения. Так что формула существования японского Капитализма была просто как мычание — расширение внутренних рынков и внешних. Что означало непременный захват колоний, рынков сбыта и источников сырья, контроль логистических цепочек и тотальную эксплуатацию рабочего класса.
Тем более что по Империи мощно ударил мировой экономический кризис 1929 года — за 2 года экспорт из Японии рухнул практически в 2 (два!) раза. А на внутренний рынок рассчитывать особо не приходилось — население, «пахавшее» по 12-16 часов в день, оставалось тотально бедным. За лояльностью зорко следили в соответствии с законом «О поддержании общественной безопасности» разнообразные службы, типа «полиции мысли» («особой полиции») и банды всевозможных патриотов. Естественно, единственным выходом из создавшейся ситуации являлся… разнузданный грабеж соседей. И в 1931 году, в самый разгар кризиса, Япония напала на Китай, захватив его Северо-Восточную часть (Маньчжурию). 01 марта 1932 года оккупанты создали марионеточное государство Маньчжоу-Го. В котором, на людской силе порабощённых китайцев. принялись ударными темпами строить Континентальную Базу Империи. И весьма успешно — если в 1931 году показатель промпроизводства составлял 92,1% от докризисного, то в 1937 году уже 168,9%. А экспорт утроился, притом, что индекс зарплаты упал с 127 в 1930 году до 115 в 1936 году. На этом наживались японские концерны (дзайбацу, яп.); особенно отличился концерн «Nissan» под управлением Есисукэ Аюкавы, скромного «советника» Квантунской армии. «Nissan» и связанная с ним «Hitachi» развернули на оккупированных территориях адскую деятельность; к примеру, акционерный капитал «Hitachi» рос скачкообразно — в 1933 году до 20 миллионов иен, в 1935 году до 40 миллионов иен, в 1937 году до 90 миллионов иен, в 1939 году до 200 миллионов иен, в 1940 году — до 358 миллионов иен. И почему-то, никто в Мире не вспоминает, сколько сотен тысяч местных жителей на континенте заплатили здоровьем и жизнями за «японское чудо» индустриализации, истории о «Гулаге», они более забористые.
За всеми перипетиями роста Страны Восходящего Солнца внимательно следили проавительство США. В 1939 году доблестные американские «рыцари макинтоша и ножа Боуи» провели просто блестящую операцию, вошедшую в учебники. Они умудрились украсть в Токио шифровальную машину японцев «Тип 97». И доставили её в свое посольство в столице Империи. После чего мощным мозговым штурмом гениальный Уильям Фридман взломал коды и принялся вовсю читать японскую переписку. Криптографы янки расшифровывали по 50-75 посланий в день. Пропажу мега машины преподнесли, как будто она полностью погибла, и японцы не встревожились. А зря.
В июле того же 1939 года США разорвали торговый договор с островной Империей от 1911 года.13 апреля 1941 года СССР и Япония, вослед за Германией, подписали «Пакт о нейтралитете»; хотя в Кремле, зная характер диковатых соседей, продолжили держать крупные силы на Востоке. США и Британия были шокированы данным подписанием. Столкнуть Советы и самураев не получилось, урок Халхин-Гола не прошел даром. Для Дальнего Востока Япония предложила американцам аналог Доктрины Монро, где совместно хозяйничали бы США и Империя. И в начале февраля влезла во французско-тайский конфликт, представив Рузвельту «Доктрину открытых дверей» с теми же участниками. В начале 1941 года американский агент в Берлине С. Вуд доложил, что Германия обязательно нападет на Советский Союз и что:
«Воздушные налеты на Британию — маскировка подлинных и хорошо разработанных планов Гитлера нанести внезапный, сокрушительный удар России».
21 июня 1941 года, за день до нападения Германии на СССР, Госсекретарь США Корделл Халл вручил лично послу Китисобуро Номуре «Первую Ноту собственного имени» в духе «называй меня просто, Хозяин», настолько беспардонную, что бедняга Номура просто не мог передать наглое послание своему Кабинету. Янки вдруг потребовали признать их интересы приоритетными вообще по всему Тихому океану!
Напомню, что весной 1941 года вне мировой войны из серьезных игроков оставались лишь СССР, США и Япония. К сожалению, длилось это недолго. После вторжения Гитлера в СССР оказалось, что американцы знали о нападении. А японцы, нет. Союзная Германия просто не поставила их в известность! И тут выяснилось, что, дабы подготовиться к войне с русскими должным образом, армии Хирохито требуется не менее 6 месяцев. Тем более, Правительство считало, что война с Советами не даст Империи то, что жизненно необходимо — сырьё и нефть, находящиеся в южных морях. Поэтому решили ждать, когда Германия разгромит СССР (за 2-3 месяца) и уже тогда гарантировано занять бесплатно кусочек шкуры северного Медведя. Надежда в трепетных самурайских душах теплилась аж до разгрома нацистов под Москвой (03 декабря 1941 года они даже получили приказ на перебазирование войск на север), но вскоре мечты японцев развеялись как утренний туман над священной горой Фудзи. Все эти идеи были известны американцам, так как они постоянно читали секретный «розовый код» японцев. Правительство США с нетерпением ожидало ответа Хирохито на пробную Первую Ноту Халла от 21 июня 1941 года. И вот, после долгих прений, посол Китисабуро Номура храбро потребовал отказа США от данной ноты. А американцы, «к глубочайшему изумлению Токио», пошли на попятную. Американский тест на адекватность самураи прошли на отлично, и англосаксы игру продолжили.
15 апреля 1941 года президент Рузвельт официально разрешил американским лётчикам-добровольцам служить в армии Чан Кайши. Летом в Китае уже воевало 3 истребительных эскадрильи, укомплектованные американскими пилотами и техниками. Самураи промолчали, но 23 июля 1941 года Япония радостно начала ввод 50.000 лихих буси в южную часть Французского Индокитая по договору с «правительством» Виши. Ещё раз подтверждалось, что Токио выбирает южное направление, а не войну с Советами. Это было весьма интересно. Тогда для начала американцы прекратили морское сообщение с островной державой. Прибывшего на переговоры посла Номуру просто цинично послали домой, не стесняясь в идиоматических выражениях. Японцы поскрипели зубами и стоически стерпели.
Далее США закрыли для азиатских партнёров Панамский канал, чтобы впредь те плавали из Тихого океана в Атлантику (и обратно) через владения королевских и не очень пингвинов. Японцы посетили театр Кабуки, сыграли на сямисэне и опять утерлись. Тогда 25 июля 1941 года янки радостно перекрыли хирохитовцам поток нефти и нефтепродуктов посредством эмбарго. На тот момент поставки нефти из США на 80% закрывали потребности Японии. А нефти японской армии требовалось очень много, ведь Императорский Флот, к примеру, в час сжигал 400 тонн жидкого золота. Самураев поставили перед интересным выбором: либо Японская Империя угасает за полгода без энергоносителей, перейдя на преимущественно рикшевую и весельную тягу; либо в течение 2-3-х месяцев берет под свой контроль индонезийскую, филиппинскую и малазийскую нефть. К блокаде тут же с восторгом присоединились «гиены Азии» Британия и Голландия. Нефтедобывающие колонии этих стран в Юго-восточной Азии оказались для Страны Восходящего Солнца также потеряны. Правда, не сразу — торговля полностью не прекратилась, особенно с Англией и Голландией.
Поразмыслив, 26 июля президент США приказал арестовать японские активы на грандиозную тогда сумму в сто тридцать миллионов долларов, чисто оценить реакцию оппонентов. Японцы только низко кланялись и очень вежливо шипели. Раз такое дело, 26 сентября 1940 года Рузвельт заявил о запрещении вывоза металлического лома, железа и стали иностранным государствам. За исключением Британии, Канады и стран Южной Америки. Так Держава Восходящего Солнца осталась без металлов. Японцы пробормотали свое любимое «а, зука, зука», (что, правда?, яп.) плотно задумались над следующим шагом, но ничего не предприняли в ответ. Только стоически просили диалога с возлюбленными до дрожи бледнолицыми братьями.
Президент начал уже закипать и 25 ноября 1941 года потребовал вывести императорские войска из Китая, Кореи и Индонезии ко всем чертям. А чтобы добить косоглазых окончательно, расторгнуть Тройственный Союз с Германией и Италией! Но упрямые Японцы и не думали воевать. Тогда филиппинскую армию передали под прямое командование США. Ни чего и тут не произошло… Пришлось действовать совсем решительно.
США перевели Тихоокеанский Флот в незаконно захваченный ими Перл-Харбор на Гавайских островах (которые США не принадлежали). Из далекого-далекого Сан-Диего, за 21.500 (двадцать одна тысяча пятьсот) км., поближе к Японии. Американский флот и до этого момента периодически стоял на рейде в Перл-Харборе. Но еще в январе 1940 года получил приказ на постоянное базирование. Все милитаристы Мира четко осознавали, что при таком расположении корабли армии США могли заниматься только одним делом — доблестно наводить страх на несчастных самураев. Не кокосы же и копру у островитян отбирать? Так как самим «носителям демократии» нападать считалось как-то неприлично, в маленькую гавань острова Оаху, имевшую всего один выход в море, загнали все старые линкоры, в общем-то, бесполезные на тихоокеанском Театре Военных Действий. Вывели из нее и взяли под опеку так необходимые авианосцы, крейсера, подлодки и эсминцы — основную ударную силу флота.
28 ноября 1941 года авианосец «Энтерпрайз» с 3-мя тяжелыми крейсерами и 9-ю эсминцами ушел на остров Уэйк. 05 декабря вслед за ним отправился на Мидуэй авианосец «Лексингтон» с 3-мя тяжелыми крейсерами и 5-ю эсминцами. Ни одно из этих перемещений не оказалось прописано в планах боевой подготовки Флота на 1941 год! После чего янки вывели из Перл-Харбора еще 3 тяжелых крейсера, 10 эсминцев и 7 подлодок. В гавани осталось 96 кораблей разных классов, по сути, лишь половина флота. При 394 самолетах всех видов и боеспособности. Среди них 93 армейских истребителя и 15 флотских. Главнокомандующий, адмирал Джеймс Отто Ричардсон был резко против странной передислокации на Гавайи. Он считал, что тогда «фактически невозможна мобилизация флота в случае необходимости».
Его поддержал начальник Штаба ВМС США адмирал Гарольд Рэйнсфорд Старк. Ричардсон просто замучил Рузвельта своими претензиями о том, что флот подставляют, и оказался снят с поста главкома 12 января 1941 года. Как объяснил Военный Министр Франклин Уильям Нокс, за то, что «обидел президента». На место подвергнутого обструкции правдолюба назначили адмирала Эдварда Хазбенда Киммеля. Киммел рьяно взял под козырёк. Умный Старк тоже всё понял, и больше не пытался показать характер. Перевод Флота на Гавайи, конечно, не являлся актом прямой агрессии в отношении Империи Хирохито, но где-то рядом. Очень близко. Под боком.
Продолжение следует….
Автор Кирилл Перемет
Редакция СИ «World Russia», главный редактор Захаров Дмитрий и Светлана Пересичанская
